Замок гражданина Кейна

В 1919 году газетный магнат Уильям Херст попросил архитектора Джулию Морган построить для него «нечто небольшое» на вершине холма близ городка Сан-Симеон в Центральной Калифорнии. За последующие 28 лет little something материализовалось в едва ли не самую большую частную резиденцию в Америке с самым большим в мире частным зоопарком.

Зоопарк не дожил до наших дней, о его масштабах можно судить по разрушающимся бетонным стенам вольера для полярных медведей, куда ежедневно доставляли блоки льда из специально для этой цели созданного производства. Но сам замок Херста дошел до наших дней практически таким же, как при жизни хозяина. На днях я побывала там и готова поделиться впечатлениями.

Херст не отличался особой религиозностью и на вопрос, какую религию исповедует, отвечал, что он христианин, но не принадлежит к какой-то конкретной деноминации. То, что главное здание замка, Casa Grande, выстроено на манер испанского собора, видимо, следует рассматривать как свидетельство отношения хозяина к своему величию, а не к символам веры.

Когда архитектор предложила разместить в колокольнях замка колокола, супруга магната воспротивилась, сочтя это перебором: колокола будут уж слишком напоминать церковь.

Херст был ценителем испанской старины, но относился к ней, как бы это поточнее выразить, достаточно утилитарно. Джулия Морган, первая в Америке женщина-архитектор, вдохновлялась при сооружении замка испано-мавританским стилем черригуреско. Прообразом Casa Grande послужил древний собор Ронды в Андалусии.  Следует заметить, что псевдоиспанская архитектура считалась писком моды в Калифорнии первых десятилетий ХХ века после того, как устроенная в 1915 году в честь завершения строительства Панамского канала выставка Панама-Калифорния вызвала фурор в Сан-Франциско и в Сан-Диего.

В последнем городе специально для всемирной выставки создали огромный парк Бальбоа, имитирующий Андалусию. Архитектор Джулия Морган внимательно изучала эти сооружения прежде,  чем приступить к работе над замком Херста.

Не удовлетворившись заимствованием дизайна, архитектор и владелец замка принялись украшать его творениями испанских зодчих, вывезенными с родины; после I Мировой войны древности в Европе стоили баснословно дешево.

Фасад Каса Гранде составлен, как Лего, из различных элементов, перенесенных из испанских церквей и монастырей. Это именно подлинники, а не копии. Так, по распоряжению газетного короля в Испании был целиком куплен цистерцианский монастырь XII века Santa Maria de Ovila; его разобрали на части, упаковали в тысячи ящиков и перевезли в Калифорнию.

Кабинет Херста находился на третьем этаже, непосредственно над фасадом. Когда хозяин выходил на балкон полюбоваться видами на холмистую долину, под его ногами находились бывшие святые врата.

В сегодняшних реалиях, когда традиционные СМИ стремительно теряют позиции в конкуренции с социальными сетями, а те и другие рискуют быть погребенными под натиском ИИ, трудно представить себе степень могущества газетного короля Уильяма Херста. С поправкой на инфляцию его капитал ныне составлял бы порядка 100 млрд долларов. Но его влияние на то, что читали, слушали и смотрели американцы, а главное, на то, что они думали и во что верили, значительно опережало его баснословные финансовые возможности, поражавшие современников.

Медиаимперия Херста изначально не столько изображала действительность, сколько стремилась ее формировать. В январе 1897 года магнат, к тому времени владевший газетой New York Journal, нанял художника и отправил его на Кубу делать иллюстрации к репортажам о предполагаемом восстании против испанских колониальных властей. По прибытии в Гавану художник телеграфировал Херсту, что никаких боевых действий нет, и он хочет вернуться домой. На что получил ответ: «Пожалуйста, оставайтесь. С вас картинки, с меня – война».

Испано-американская война действительно начнется через год, когда американские войска вторгнутся на Кубу. Газета Херста и газета его конкурента Джозефа Пулитцера New York World сыграют в этой кампании не последнюю роль, нагнетая страсти и призывая к агрессии.

Так под залпы победоносной войны начиналась американская «желтая журналистика», а ее главным провозвестником и участником стала растущая медикорпорация Уильяма Рэндольфа Херста. На пике могущества в нее входило полсотни популярных газет и журналов. Каждый пятый американец каждую неделю читал одну из газет Херста. Впоследствии к газетно-журнальной империи добавились радиостанции.

В 1941 году Орсон Уэллс снял фильм «Гражданин Кейн»; в главном герое, помешанном на своем величии и страдающем гипертрофированной клептоманией, современники легко угадывали Уильяма Херста, а в замке Ксанаду на вершине горы — замок Херста. Магнат сделал все, чтобы картина никогда не увидела свет. Когда это не удалось, что само по себе удивительно с учетом того, что Херст был владельцем долей всех основных киностудий Голливуда, его газетная корпорация подвергла фильм уничтожающей критике, а вслед затем — бойкоту, и «Гражданин Кейн» провалился в прокате.

Сегодня чтобы попасть в замок, нужно оставить машину на парковке и зарегистрироваться в здании туристического центра. Помимо билетов и неизбежных сувенирных кружек и футболок здесь несколько неожиданно продают упакованные в вакуум отрубы мяса. Дело в том, что наследники Херста, передавшие замок в дар штату Калифорния, оставили за собой огромные угодья, где выращивают племенной скот. Плакатик гордо извещает: «Мы не добавляем в мясо ничего, кроме своей истории».

Цены на «историческое» мясо примерно такие же, как в торговых центрах Лос-Анджелеса.

Непосредственно в замок туристов доставляют по узкому серпантину на автобусах. Гид дает возможность вволю пофотографировать огромный особняк, утопающий в цветущем кустарнике и апельсиновых деревьях, прежде, чем поясняет: вообще-то перед вами еще не резиденция хозяина, а гостевой домик Casa Del Sol, обращенный фасадом в сторону заката.

Одним из постоянных гостей «домика» был Чарли Чаплин. Множество других голливудских знаменитостей, владельцев киностудий, политиков, включая Уинстона Черчилля и Франклина Д. Рузвельта, также любовались закатами в Casa Del Sol.

В замке 165 комнат и 61 ванная комната (гид с улыбкой замечает, что Джулия Морган, будучи женщиной, хорошо понимала, что такое очередь в дамскую комнату), а также два бассейна, открытый и крытый, каждый из которых поражает воображение.

Самый знаменитый — бассейн Нептуна. Его строили и перестраивали под личным наблюдением Херста 12 лет. По краям мраморные римские скульптуры, в дальнем конце древнеримский храм, собранный на месте из подлинных дорических колонн и мраморного портика, вывезенных из Италии. Ключевая вода бассейна подогревалась по сезонам.

Когда кто-то из нашей туристической группы захотел попробовать рукой температуру воды, его немедленно осадила помощница гида, в задачу которой входит прикрывать тылы, чтобы никто не отстал и не помешал другой группе, следующей за нами по пятам: «Отойдите от бассейна, вода – собственность штата Калифорния».

Бассейны бассейнами, но что действительно производит неизгладимое впечатление, — это количество древностей, втиснутых в пространство Casa Grande. Это настоящая пещера Али-Бабы. Бесценные фламандские гобелены, мраморные камины, скульптуры, картины – все огромное, призванное впечатлять и вызывать трепет.

В замке хранится 25 тысяч старинных артефактов, но это лишь часть, и, скорее всего, малая часть того, что собрал за свою жизнь Херст. Существует исторический анекдот. Хозяин замка отправляет очередного гонца в Европу в погоне за ценностями. Тот возвращается в Калифорнию и докладывает, что предметы искусства, которые он должен был купить по каталогу, в действительности уже куплены самим Херстом и пылятся где-то в нераскрытых контейнерах.

«Он ставил галочки в каталогах, — говорит гид. – Он просто не мог удержаться».

При такой всепоглощающей страсти к красотам Херст в личной жизни ограничился одной женой и одной любовницей, звездой немого кино Мэрион Дэвис. 53-летний газетный король, отец пятерых детей, встретил 19-летнюю актрису в 1915 году. Десятилетием позже Мэрион переехала в замок и стала его полновластной хозяйкой. Их роман продолжался до самой смерти Херста в 1951 году.

Все, что касалось приглашения гостей со сложнейшей логистикой их встреч на железнодорожном вокзале Сан-Луис-Обиспо, доставлением их на перекладных на «Зачарованный холм», распределением гостевых комнат, развлечений и угощений, — все это ложилось на хрупкие плечи голливудской красавицы.

Судя по иллюстрированной истории замка, которую мы купили после экскурсии, меню не отличалось особыми изысками, но практически все продукты были местными, выращенными на ферме Херста. В центре меню — мясо собственного племенного стада.

В столовой стол накрыт на 20 персон, как если бы хозяева ожидали приезда гостей с минуты на минуту. Посреди элегантного английского фарфора расставлены кетчуп и американская горчица.

Жена Уильяма Херста никогда не давала развода мужу, уступив молодой сопернице замок, но не право именоваться «миссис Херст». Вся пятеро сыновей работали на отца и занимали видные посты в его медиакорпорации, хотя отношения с ним были сложными с учетом его диктаторского характера.

После смерти Херста его любовница вышла замуж. Главный конкурент Херста, медиамагнат Уильям Пулитцер, основал премию своего имени, ставшую признанным эталоном качества американской журналистики. Одним из ее лауреатов был сын Херста, Уильям Рэндольф-младший.

Главным наследием «гражданина Кейна» стали его замок, пользующийся статусом национального парка Калифорнии, и десятки тысяч собранных им предметов искусства. Часть из них передана в музеи или продана с аукциона, другие до сих пор хранятся на складах Нью-Йорка и Лос-Анджелеса.