Махнем в Охай?

Затерянный в горах Южной Калифорнии, Охай, городок с населением, не дотягивающим до 7,5 тысяч, претендует сразу на несколько уникальных особенностей и даже один мировой рекорд.

Главное, что выделяет Охай из множества других туристических мест Калифорнии, — необычное географическое положение. Почти все калифорнийские горные хребты тянутся с севера на юг, и только один расположен строго перпендикулярно к ним, с запада на восток. Горная долина Охай, в которой расположился одноименный город, тоже ориентирована в сторону океана.

Одним из приятных следствий такого географического положения, является то, что солнце, заходящее над Тихим океаном, окрашивает горы Тапатапа в ярко-розовый цвет. Эти закаты, привлекающие сюда множество туристов, принято называть «Розовым мигом», Pink Moment.

Утром солнце лениво появляется над означенными горами Тапатапа, которые парят, как воздушные замки, на фоне ярко-голубого неба. Этот природный спектакль разыгрывается ежедневно и совершенно бесплатно – в отличие от прочих по большей части недешевых удовольствий Охая.

Солнце – главный режиссер и главный художник в этих горах, и под его благодатным светом Охай прослыл городом художников и артистов. С чем у меня была возможность познакомиться за несколько лет до того, как я впервые попала в Охай.

В Сан-Диего проходила ежегодная арт-выставка, которая по традиции проводится на улицах Малой Италии. И вот там, разгуливая среди картин разной художественной ценности, я обратила внимание на то, что многие работы из этого самого Охая.

В том, что художники и в целом люди, ценящие природные красоты, селятся в красивых местах, нет ничего необычного. Но вот действительно удивительная вещь: в Охае находится самый большой в мире книжный магазин под открытым небом, Bart’s Books.

130 тысяч новых и подержанных книг, от грошовых массовых романов до коллекционных первых изданий, расположились на его полках в пространстве, которое некогда было домом основателя Bart’s, Ричарда Бартиндейла. От этого дома остались в основном стеллажи, заменяющие стены, а крышей служит небосвод: голубой днем, черный с крупными светлячками звезд — ночью.

Некогда посреди внутреннего двора, а стало быть, и книжного магазина, высился трехсотлетний дуб. Но исполинское дерево засохло и опасно накренилось, и его пришлось срубить. А магазин все стоит, уже на протяжении шести с лишним десятилетий.

Чтобы представить себе его масштабы, следует поделить количество книг на полках на число жителей Охая. Получается, что на одного (одну) среднестатистического охайца или охайчанку приходится почти по 20 книжных корешков.

Идея устроить книжный магазин под открытым небом посетила Бартиндейла в Париже, когда он бродил среди букинистов на набережной Сены. В Охае он расставил на полках рядом с книгами пустые банки из-под кофе, позволяя посетителям самостоятельно определять цену книг и расплачиваться за них наличными.

Эта правило в Bart’s Books в основном сохраняется поныне. В офисные часы работают продавцы, но если вы пришли сюда в неурочное время, можете снять с полки понравившуюся книгу и оставить деньги в прорези копилки.

В тот вечер, что мы заглянули в Bart’s, посетителей было совсем немного, а покупателей еще меньше. Похоже, что, как в случае с парижскими букинистами, самый большой в мире книжный магазин под открытым небом стал в большей степени туристическим аттракционом, нежели местом распространения разумного, доброго и вечного.

Bart’s Books – самая заметная, но не единственная культурная институция Охая. Не каждый город такого размера может похвастаться собственным историческим музеем.

Музей помещается в здании отреставрированной после пожара 1917 года церкви. Этот пожар уничтожил практически весь центр Охая, так что все в Старом городе не старше 1917-го.

Первое, на что обращаешь внимание, — изваяние слона, раскрашенное в самые веселые цвета. У этой скульптуры имеется живой прототип, слониха Тарра. В 1980-е годы Тарра жила в долине Охай; ее владелец, большой оригинал, изготовил для животного роликовые коньки, на которых слониха научилась кататься. Еще одно мировое достижение, связанное с Охаем. В настоящее время Тарра живет в заповеднике в штате Джорджия.

В память о слонихе-первопроходице мэрия Охая приняла городской закон, признающий слоновьи права. Как нетрудно догадаться, это был первый подобный закон в Соединенных Штатах.

Что касается собственно экспозиции музея, она прослеживает историю Долины Охай со времен, когда в ней жили индейцы-чумаши. Кстати, имя Охай на языке чумашей означает «Луна». В отличие от современных жителей этих мест, поклоняющихся солнцу, коренные охайцы предпочитали ночное светило.

За последние сто лет Охай с его культом духовности привлекал довольно много знаменитых персонажей, включая индийского философа Джидду Кришнамурти, Чарли Чаплина и писателя Олдоса Хаксли. В своем романе-антиутопии «О дивный новый мир», опубликованном в 1932 году, Хаксли описал будущее общество потребления, в котором людей программируют от рождения, а контроль за ними осуществляется с помощью технологий. Еще ста лет не прошло, но книга уже не выглядит фантастикой.

Я говорила, что Охай – возможно, самый необычный из всех калифорнийских малых городов? Это в полной мере относится к гастрономической стороне жизни в горной долине. Лучшим местным рестораном считается заведение бирманской (!) кухни The Dutchess. Где Бирма, а где Южная Калифорния? И какое отношение к ним имеет «Голландка»?

Давайте в обратном порядке. The Dutchess – это голландская печь 1920 года (что есть признак глубокой старины по калифорнийским меркам). Нынешние владельцы заведения, осевшие в Охае рестораторы из Лос-Анджелеса Зои Нейтан и Джош Лоэб, отреставрировали печь и назвали в честь нее ресторан. Шеф-повар – самый настоящий бирманец Со Наянг. Продукты ему поставляет экологическая ферма владельцев ресторана.

Поскольку я никогда не бывала в Бирме и мало знакома с ее кухней, мне трудно судить о том, насколько блюда Наянга могут считаться аутентичными. Мы взяли на закуску салат из чайных листьев, а затем коронное блюдо заведения, бирьани. Если не кривить душой, все это не сильно впечатлило, особенно разочаровал бирьани. Но под хорошее калифорнийское вино ужин прошел с огоньком.

Наутро мы вернулись в The Dutchess, поскольку до обеда заведение представляет собой не бирманский ресторан, а французскую пекарню и кафе. Хлеб и сдобу пекут все в той же голландской печи.

Мы спланировали поход в ресторан с таким расчетом, чтобы не пропустить знаменитый «Розовый миг». В интернете можно найти подробнейшие описания того, из какой части города и окрестностей лучше всего любоваться охайским закатом.

Но поскольку горы Тапатапа находятся строго на востоке, а центральная улица Охай-авеню идет с запада на восток, вполне очевидно, что из любого ее места закат должен быть хорошо виден.

Тут нас поджидало еще одно небольшое разочарование. Закат оказался вполне обычным для Калифорнии. Так себе закатик, на троечку. Возможно, в тот вечер светило не благоволило нам.

Следующим утром, после завтрака в The Dutchess мы принялись изучать местные торговые центры. У этого занятия имелась определенная цель. Туристические сайты утверждают, что Охай – один из немногих городов Калифорнии, где власти целенаправленно запрещают сетевые супермаркеты, чтобы тем самым обеспечить рынок для местных фермеров и предпринимателей.

Действительность и здесь не вполне соответствовала ожиданиям, и прямо на центральной улице мы наткнулись на супермаркет известной калифорнийской сети. Но правда и то, что по соседству имелся большой местный торговый центр.

Ассортимент, впрочем, мало отличался от магазинов Лос-Анджелеса, если не считать более высоких здешних цен. Но мы застали и кое-что уникальное. На исходе был сезон мандаринов сорта Pixie, которые выращивают только в Долине Охай.

Мандарины эти в идеале должны быть необычайно сочными, необычайно сладкими и совершенно без косточек. Их особые свойства связаны не только с работой селекционеров (сорт выведен в Калифорнийском университете Риверсайда, но прижился именно в Охае), но и с местной географией: солнце в своем ежедневном патрулировании с Востока на Запад освещает мандаринные плантации в течение всего светового дня.

К сожалению, в конце сезона Pixie оказались довольно сухими и сморщенными, так что мы не стали их попробовать, чтобы не испортить впечатление.

Будет, за чем вернуться в Охай. Кстати, может, и «Розовый миг» застанем.